(1)А Димка тем временем сообразил, что все про него забыли, проскользнул по стенке за спинами ребят к двери, взялся за её ручку, осторожно нажал, чтобы открыть без скрипа и сбежать… (2)Ах, как ему хотелось исчезнуть именно сейчас, пока Ленка не уехала, а потом, когда она уедет, когда он не будет видеть ее осуждающих глаз, он что-нибудь придумает, обязательно придумает… (3)В последний момент он оглянулся, столкнулся взглядом с Ленкой – и замер. (4)Он стоял один у стены, опустив глаза. – (5)Посмотри на него! – сказала Железная Кнопка Ленке. (6)Голос у нее задрожал от негодования. – (7)Даже глаз не может поднять! – (8)Да, незавидная картинка, – сказал Васильев. – (9)Облез малость. (10)Ленка медленно приближалась к Димке. (11)Железная Кнопка шла рядом с Ленкой, говорила ей: – (12)Я понимаю, тебе трудно… (13)Ты ему верила… зато теперь увидела его истинное лицо! (14)Ленка подошла к Димке вплотную – стоило ей протянуть руку, и она дотронулась бы до его плеча. – (15)Садани его по роже! – крикнул Лохматый. (16)Димка резко повернулся к Ленке спиной. – (17)Я говорила, говорила! – (18)Железная Кнопка была в восторге. (19)Голос ее звучал победно. – (20)Час расплаты никого не минует!.. (21)Справедливость восторжествовала! (22)Да здравствует справедливость! – (23)Она вскочила на парту: – (24)Ре-бя-та! (25)Сомову – самый жестокий бойкот! (26)И все закричали: – (27)Бойкот! (28)Сомову – бойкот! (29)Железная Кнопка подняла руку: – (30)Кто за бойкот? (31)И все ребята подняли за нею руки – целый лес рук витал над их головами. (32)А многие так жаждали справедливости, что подняли сразу по две руки. (33)«Вот и всё, – подумала Ленка, – вот Димка и дождался своего конца». (34)А ребята тянули руки, тянули, и окружили Димку, и оторвали его от стены, и вот-вот он должен был, наверное, исчезнуть для Ленки в кольце непроходимого леса рук, собственного ужаса и ее торжества и победы. (35)Все были за бойкот! (36)Только одна Ленка не подняла руки. – (37)А ты? – удивилась Железная Кнопка. – (38)А я – нет, – просто сказала Ленка и виновато, как прежде, улыбнулась. – (39)Ты его простила? – спросил потрясенный Васильев. – (40)Вот дурочка, – сказала Шмакова. – (41)Он же тебя предал! (42)Ленка стояла у доски, прижавшись стриженым затылком к ее черной холодной поверхности. (43)Ветер прошлого хлестал ее по лицу: «(44)Чу-че-ло-о-о, пре-да-тель!.. (45)Сжечь на костре-е-е-е!» – (46)Но почему, почему ты против?! – (47)Железной Кнопке хотелось понять, что мешало этой Бессольцевой объявить Димке бойкот. – (48)Именно ты – против. (49)Тебя никогда нельзя понять… (50)Объясни! – (51)Я была на костре, – ответила Ленка. – (52)И по улице меня гоняли. (53)А я никогда никого не буду гонять… (54)И никогда никого не буду травить. (55)Хоть убейте! (По В. Железникову)  Железников Владимир Карпович (род. В 1925 г.) – советский детский писатель, кинодраматург, заслуженный деятель искусств России, автор множества книг и киносценариев, посвящённых проблемам взросления и отношений между людьми. Был дважды удостоен Государственной премии СССР за сценарии к фильмам «Чудак из пятого «Б» и «Чучело».
(1)Ольга и сама это хорошо понимала и давала себе в том честный отчёт: стихи её доброго слова не стоили. (2)Сырые и технически слабые. (3)Но вот ведь какая она, завораживающая и лишающая человека способности думать, штука – ЛЕСТЬ. (4)Была у Ольги любимая подруга. (5)Ольга беспредельно верила ей. (6)Доверяла все свои сердечные тайны и… детища свои – стихи. (7)Всякий раз, когда все последние новости были подругами обсуждены, Ольга неизменно произносила заветное: (8)«Лен, а я новый стих написала». (9)«Да?!» – оживлялась Ленка, устремляя на Ольгу, загорающиеся любопытством глаза. – (10)«Читай!» (11)И Ольга читала. (12)Читала робким, тихим голосом, волнуясь, как ученик у классной доски. (13)Всё время, пока Ольга читала очередной свой опус, Ленка не сводила с неё восхищённых глаз и, когда подруга наконец замолкала, обрушивала на неё шквал горячих, восторженных, ласкающих наивную Ольгину душу эмоций. (14)Так продолжалось довольно долгое время. (15)Ольга писала. (16)Ленка восхищалась. (17)И, хотя сомнения относительно своего «яркого» таланта нет-нет да и закрадывались в её сознание, всё же в искренности Лены Ольга не сомневалась ни на грамм. (18)Над их дружбой сияло доброе, яркое солнце, пока в один из обычных дней не надвинулась на это солнце тяжёлая, чёрная туча: – (19)Ольга, ты знаешь, как Ленка смеётся всюду над тобой и твоими нелепыми стихами? – задала ей однажды убийственный вопрос сердобольная знакомая. – (20)Да, она так и говорит: (21)«Ольгины нелепые стихи». (22)А ты что, в самом деле пишешь стихи?! – (23)Этого не может быть! – глухо выдавила из себя Ольга, напрочь проигнорировав вопрос знакомой, и чуть ли не бегом ринулась прочь. (24)Да, от склочной знакомой Ольга легко убежала, но вот от себя?!... (25)«Неужели это правда? Неужели Ленка могла так подло со мной поступить?!» (26)Ольга заставляла себя успокоиться, но не проходило и пяти минут, как сверлящий этот вопрос вновь вонзался в её сердце: (27)«Что же делать, как же узнать – правда ли это всё?» (28)От природы Ольга была характера очень мягкого и мирного. (29)Она прекрасно понимала, что никогда в жизни не станет выяснять у подруги правды. (30)Но она отчётливо понимала и то, что жить спокойно дальше не сможет, пока этой правды не узнает. (31)Выход из тупикового положения пришёл, однако, неожиданно быстро: (32)«А я ей новый стих прочту! – вдруг, как молнией, блеснуло в Ольгиной разбухшей от тяжёлых дум голове. – (33)Если это правда, она обязательно своим поведением себя выдаст». (34)И Ольга написала. (35)Осталось дождаться подходящего случая Ленке его преподнести. (36)К счастью, случай не заставил себя долго ждать. – (37)Лен, а я новый стих написала. – (38)Да, что ты?! (39)Так давай – читай! (40)Оля ровным, спокойным голосом стала читать: (41)Ты слушала меня. (42)Ты мною восхищалась. (43)Мне пела дифирамбы, как могла. (44)Потом сама же надо мной смеялась… (45)Оля видела, как в глазах Лены появилась растерянность. (46)А следом и нестерпимый стыд и страх. (47)А Ольга сидела, не меняя выражения лица, и с горечью думала: (48)«Да, значит, это правда… (49)Так пусть же судит тебя твоя совесть. (50)А я прощаю». (51)С тех пор прошло много лет. (52)Оля с Леной – замечательные подруги. (53)И никто из них никогда в жизни не вспомнил того «нелепого» стиха, так лихо разоблачившего подругу. (54)И при каждой их встрече Оля говорит своё заветное: (55)«Лен, а я новый стих написала». – (56)Да?! – оживляется Лена. – (57)Читай! (58)И Оля читает! (По Р. Госман)  Госман Роза – современная писательница.
(1)Вновь нас несет желтая, пьяная вода Поныша. (2)Вновь летят мимо затопленные ельники. (3)Низкие облака нестройно тащатся над тайгой. (4)Длинные промоины огненно-синего неба ползут вдали. (5)На дальних высоких увалах, куда падает солнечный свет, лес зажигается ярким, мощным малахитом. (6)На склонах горных отрогов издалека белеют затонувшие в лесах утесы. (7)Приземистые, крепко сбитые каменные глыбы изредка выламываются из чащи к реке, как звери на водопой. (8)Вода несет нас, бегут мимо берега, и линия, разделяющая небо и землю, то нервно дрожит на остриях елей, то полого вздымается и опускается мягкими волнами гор, словно спокойное дыхание земли. (9)Под вечер у берегов начинают встречаться поваленные ледоходом деревья. (10)Я тревожусь: такие «расчёски», упавшие поперек реки, могут запросто продрать гондолы нашего катамарана. (11)Впереди я вижу длинную сосну, треугольной аркой перекинувшуюся над потоком. (12)Достаточно порыва ветра, чтобы сосна рухнула вниз и перегородила дорогу, как шлагбаум. (13)Я встаю на катамаране во весь рост и гляжу вперед. (14)Я вижу одну, две, три, еще сколько-то елей, рухнувших в воду. (15)Дело худо. (16)Мы проплываем под сосной, как под балкой ворот. (17)Ворота эти ведут в царство валежника. (18)Катамаран обходит одну «расчёску», потом, чиркнув бортом, другую. (19)Борман командует толково, без нервов. (20)Но третью «расчёску» мы зацепляем кормой. (21)Градусов сражается с еловыми лапами и вырывается из них красный, лохматый, весь исцарапанный. – (22) Бивень! – орёт он на Бормана. – (23)Соображай, куда командуешь! (24)И тотчас нас волочит на другую ёлку. – (25)Падайте лицом вниз и вперёд! — кричу я. (26)Экипаж падает лицом вниз. (27)Мы влетаем под ёлку. (28)Сучья скребут по затылкам, по спинам, рвут тент, прикрывающий наше барахло. (29)За шиворот сыплется сухая хвоя, древесная труха. (30)Поныш свирепо выволакивает нас по другую сторону ствола. – (31)Ата-ас! – вдруг истошно вопит Чебыкин. (32)Мы налетаем бортом теперь уже на берёзовую «расчёску». – (33)Упирайтесь в неё вёслами! – ору я. (34)Сила течения, кажется, так велика, что вёсла едва не вышибает из рук. (35)Круша бортом сучья, мы, к ужасу, врубаемся в крону, а я вцепляюсь в раму и ногами принимаю удар ствола. (36)Я изо всех сил отжимаюсь от него, чтобы нас не проволокло под «расчёской». (37)Она лежит слишком низко и попросту сгребёт нас всех в воду, как ножом бульдозера. (38)Поныш от нашего сопротивления словно приходит в бешенство. (39)Целый вал вмиг вырастает, бурля, вдоль левого борта. (40)Левая гондола всплывает на нём. (41)Мы кренимся на правую сторону, и вал всё же вдавливает нас под берёзу. – (42)Тютин, Маша, живо на левый борт! – командую я. – (43)Всем надеть спасжилеты! (44)Овечкин, руби сучья снизу! (45)Серой тенью мимо меня пролетает по стволу Овечкин с топором. (46)Он седлает ствол и начинает яростно рубить его перед собою. – (47)Овчин, назад!.. – надрываюсь я. (48)Овечкин молчит. (490Лицо его побелело. (50)На лбу по-мужицки вздулись вены. (51)Топор носится вверх и вниз. (52)Щепки клюют меня. (53)Оглушительный треск, хруст, плеск – это отсечённый ствол, обнимая катамаран всеми ветвями, рушится в воду. (54)Фонтан брызг окатывает нас. (55) Освободившись, катамаран резко идёт вперёд. (56)Когда через мгновение я прихожу в себя, вижу Овечкина, сидящего верхом на обрубленном стволе, который остаётся позади. (57)А ещё через мгновение Овечкин, как летучая мышь, прыгает на уходящий катамаран и падает грудью на корму. (58)Мы с Градусовым выволакиваем его из воды. (59)Поныш несет нас дальше, свободных и очумелых. (61)Маша смотрит на Овечкина потемневшими, серьёзными глазами. – (62)Он ведь спас нас!.. – потрясённо говорит Люська. (По А. Иванову) Иванов Алексей Викторович (род. В 1969 г.) – современный российский писатель, лауреат литературных премий.
(1)Когда ему было лет девять, он часто приходил в зоопарк, где знал, казалось, каждую дырку в деревянном заборе, каждый закоулок между клетками. (2)Здесь он познакомился с Машей. (3)Она была то ли студенткой, то ли практиканткой и работала с медведями. (4)Маша позволяла Тимофею смотреть, как она кормит маленьких медвежат. (5)Однажды он принёс воды, когда медвежонок разлил полное ведро, и с тех пор она разрешала Тимофею помогать ей. (6)Он видел всё в розовом свете рядом с этой Машей. (7)Он очень хотел сделать что-нибудь такое невиданное, огромное, чтобы она была не просто удивлена, а потрясена. (8)На длинной рогатой палке она переводила медвежат на площадку молодняка, а Тимофей шёл рядом и нёс мешок с хлебом и морковкой и страшно гордился собой. (9)Все вокруг провожали их глазами и показывали пальцами, а Тимофей важно шагал так, как будто имел на это право, как будто он не хулиган и мелкий воришка, а с ними, с этой удивительной храброй девушкой и её медведями. (10)Он помогает их переводить, ему доверили важное и почти опасное дело, и ни одна контролёрша не посмеет подойти и спросить у него билет, потому что он – с Машей, которую в зоопарке все знали. (11)Девушка как-то быстро поняла, что он всё время хочет есть. (12)И стала подкармливать его бутербродами с колбасой. (13)У Тимофея была сумасшедшая гордость, но он ел потому, что голод совсем одолел, а колбаса казалась необыкновенным, божественным наслаждением. (14)Никогда в жизни потом он не ел такой колбасы. (15)0днажды она купила ему мороженое, чем оскорбила его ужасно. (16)Поесть не очень стыдно, когда от голода подводит худой грязный живот и в глазах темнеет. (17)Но мороженое! (18)Такого унижения Тимофей перенести не мог. (19)Если она хочет, он будет с ней дружить, а подачек ему не надо. (20)Они быстро помирились, и как-то так вышло, что сразу же после этого съели это мороженое, разделив пополам. (21)Потом она вышла замуж и уехала. (22)«Я не могу взять тебя с собой, – сказала она. – (23)Ты понимаешь? (24)Я очень хотела бы, но не могу». (25)При ней он не мог расплакаться. (26)Чёрный от внезапно свалившегося на него горя, он ушёл, решив больше не приходить никогда, но через три дня явился снова в надежде, что весь этот ужас про её отъезд – неправда. (27)Чужая тётка в тёплом ватнике чистила клетки и покрикивала на медвежат. (28)Маша никогда ни на кого не кричала. (29)Выросшие за лето медвежата играли на камнях и даже не заметили Тимофея, прижавшегося к сетке. (30)В зоопарке почти никого не было: холодно, осень, будний день. (31)Он обошёл все клетки, проверил всех зверей. (32)Всё было в порядке. (ЗЗ)Устав бродить, он лёг под одним из громадных деревьев. (34)Сначала он просто лежал на куче листьев, потом стал тихонечко подвывать, засовывая между колен замёрзшие грязные руки. (35)Всё кончилось. (36)Больше в его жизни ничего не будет. (37)Он остался совсем один. (38)Маши больше не будет. (39)И лета больше не будет. (40)Будут осень, дождь, ранние сумерки, а к весне медвежата совсем вырастут и больше не узнают его. (41)Маленький Тимофей долго жалел себя, лёжа на куче опавших листьев и глядя в далёкое равнодушное небо. (42)Потом встал и ушёл из зоопарка. (43)Навсегда. (По Т. Устиновой*) * Устинова Татьяна Витальевна (род. в 1968 г.) – российская писательница, работающая в детективном жанре.
(1)Вот тут-то и появился Лис. – (2)3дравствуй, – сказал он. – (3)Здравствуй, – вежливо ответил Маленький принц. – (4)Кто ты? (5)Какой ты красивый! – (6)Я – Лис, – сказал Лис. – (7)Поиграй со мной, – попросил Маленький принц. – (8)Мне так грустно... – (9)Не могу я с тобой играть, – сказал Лис. – (10)Я не приручён. – (11)А как это – приручить? – спросил Маленький принц. – (12)Это давно забытое понятие, – объяснил Лис. – (13)Ты для меня пока всего лишь маленький мальчик, точно такой же, как сто тысяч других мальчиков. (14)Я для тебя всего только лисица, точно такая же, как сто тысяч других лисиц. (15)Но, если ты меня приручишь, мы станем нужны друг другу. (16)Ты будешь для меня единственным в целом свете, и я буду для тебя один в целом свете... – (17)Я начинаю понимать, – сказал Маленький принц. – (18)Скучная у меня жизнь, но, если ты меня приручишь, моя жизнь изменится, солнцем озарится, – продолжал Лис. – (19)Твои шаги я стану различать среди тысяч других. (20)Заслышав людские шаги, я всегда убегаю и прячусь. (21)Но твоя походка позовёт меня, точно музыка, и я выйду из своего убежища. (22)Лис замолчал и долго смотрел на Маленького принца. (23)Потом сказал: – (24)Пожалуйста, приручи меня! – (25)Я бы рад, – отвечал Маленький принц, – но у меня так мало времени. (26)Мне ещё надо найти друзей и узнать разные вещи. – (27)Узнать можно только те вещи, которые приручишь, – сказал Лис. – (28)У людей уже не хватает времени что-либо узнавать. (29)Они покупают вещи готовыми в магазинах. (30)Но таких магазинов, где торговали бы друзьями, конечно, нет, и потому люди больше не имеют друзей. (31)Если хочешь, чтобы у тебя был друг, приручи меня! – (32)А что для этого надо делать? – спросил Маленький принц. – (33)Надо запастись терпением, – ответил Лис. – (34)Сперва сядь вон там, поодаль. (35)Но с каждым днём садись немножко ближе... (36)Так Маленький принц приручил Лиса. (37)И вот настал час прощания. – (38)Я буду плакать о тебе, – вздохнул Лис. – (39)Я ведь не хотел, чтобы тебе было больно, – сказал Маленький принц. – (40)Ты сам пожелал, чтобы я тебя приручил... – (41)Да, конечно, – сказал Лис. (42)Он умолк. (43)Потом прибавил: – (44)Поди взгляни ещё раз на розы, а когда вернёшься, чтобы проститься со мной, я открою тебе один секрет. (45)Это будет мой тебе подарок. (46)Когда Маленький принц возвратился к Лису, тот сказал: – (47)Вот мой секрет, он очень прост: зорко одно лишь сердце. (48)Самого главного глазами не увидишь. – (49)Самого главного глазами не увидишь, – повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить. – (50)Твоя роза так дорога тебе потому, что ты отдавал ей всю душу. – (51)Потому что я отдавал ей всю душу... – повторил Маленький принц, чтобы лучше запомнить. – (52)Люди забыли эту истину, – сказал Лис, – но ты не забывай: ты навсегда в ответе за всех, кого приручил. (По А. Сент-Экзюпери)* * Антуан де Сент-Экзюпери (1900 – 1944) – французский писатель, поэт и профессиональный лётчик.
(1)Город кончался, и вскоре показалось море. (2)Оно было мелким и плоским. (3)Волны не обрушивались на низкий берег, а тихо и неторопливо наползали на песок и так же медленно и беззвучно откатывались, оставляя на песке белую каёмку пены. (4)Коста шёл по берегу, наклоняясь вперёд – против ветра. (5)Неожиданно на самой кромке берега возникла собака. (6)Она стояла неподвижно, в странном оцепенении, большеголовая, с острыми лопатками, с опущенным хвостом. (7)Её взгляд был устремлён в море. (8)Она ждала кого-то. (9)Коста подошёл к собаке и погладил её по свалявшейся шерсти. (10)Собака едва заметно шевельнула хвостом. (11)Мальчик присел на корточки и разложил перед ней хлеб и остатки своего обеда, завёрнутого в газету, – собака не оживилась, не выказала никакого интереса к пище. (12)Коста стал её поглаживать и уговаривать: – (13)Ну поешь... (14)Ну поешь немного... (15)Собака посмотрела на него большими впалыми глазами и снова обратила взгляд к морю. (16)Коста взял кусок хлеба и поднёс ко рту собаки. (17)Та вздохнула глубоко и громко, как человек, и принялась медленно жевать хлеб. (18)Она ела без всякого интереса, как будто была сыта или привыкла к лучшей пище, чем хлеб, холодная каша и кусок жилистого мяса из супа... (19)Она ела для того, чтобы не умереть. (20)Она ждала кого-то с моря, и ей нужно было жить. (21)...Когда всё было съедено, Коста сказал: – (22)Идём. (23)Погуляем. (24)Собака снова посмотрела на мальчика и послушно зашагала рядом. (25)У неё были тяжёлые лапы и неторопливая, полная достоинства львиная походка. (26)В море переливались нефтяные разводы, будто где-то за горизонтом произошла катастрофа, рухнула радуга и её обломки прибило к берегу. (27)Мальчик и собака шли не спеша, и Коста говорил собаке: – (28)Ты хороший... (29)Ты верный... (30)Пойдём со мной. (31)Он никогда не вернётся. (32)Он погиб. (33)Собака не отрывала глаз от моря и в который раз не верила Косте. (34)Она ждала. – (35)Что же мне с тобой делать? – спросил мальчик. – (36)Нельзя же жить одной на берегу моря. (37)Когда-нибудь надо уйти. (38)Коста оглянулся и увидел Женечку. – (39)Что же с ней делать? – растерянно спросила она Косту. – (40)Она не пойдёт, – сказал мальчик. – (41)Она никогда, наверное, не поверит, что хозяин погиб... (42)Женечка подошла к собаке. (43)Собака глухо зарычала, но не залаяла, не бросилась на неё. – (44)Я ей сделал дом из старой лодки. (45)Подкармливаю. (46)Она очень тощая... (47)Пройдя ещё несколько шагов, он сказал: – (48)Собаки всегда ждут. (49)Даже погибших... (50)Собакам надо помогать. (51)Море потускнело и стало словно меньше размером. (52)Погасшее небо плотнее прижалось к сонным волнам. (53)Коста и Женечка проводили собаку до её бессменного поста, где неподалёку от воды лежала перевёрнутая лодка, подпёртая чурбаком, чтобы под неё можно было забраться. (54)Собака подошла к воде, села на песок и снова застыла в своём вечном ожидании... (По Ю. Яковлеву) * * Яковлев Юрий Яковлевич (1923-1996) – писатель и сценарист, автор книг для детей и юношества.
УМК школа
